вторник, 3 июля 2007 г.

Непорочная жертва - А.Литвиненко


"Путину скоро конец"
Эту фразу услышал от Литвиненко человек, завербованный британской разведкой
Владимир Демченко

На прошлой неделе стало известно, что некий человек, его зовут Вячеслав Жарко (на фото), пришел в ФСБ и заявил, что его вербовали английские спецслужбы. Он сделал это, опасаясь за свою жизнь, - боялся, что его "уберут" как ненужного свидетеля. "Известия" встретились с этим человеком. Его рассказ может пролить свет на то, что же происходило в английских спецслужбах и среди политэмигрантов из России в Лондоне в последние несколько лет. На то, что привело к смерти чекиста-перебежчика Александра Литвиненко.

Человека, работавшего на английскую разведку, зовут Вячеслав Жарко. Так он представился, но уточнил, что Березовский знает его под другой фамилией. Мы встретились поздно вечером в минувшую среду.

"Нас с тобой ждет большое будущее"

С Березовским Слава был знаком давно. Еще в 90-х годах, когда он был опером в налоговой полиции. Слава оказывал олигарху мелкие информационные услуги. Во всем мире это называется консалтинг — "пробить" кого-то по базе, сказать, что думаешь по поводу сделки... Это сотрудничество не прекратилось даже с бегством Березовского из страны.

Лондонский сиделец часто предлагал Вячеславу познакомиться с Литвиненко, но долго все не складывалось. Знакомство состоялось только летом 2002 года. И Литвиненко тут же предложил ему заняться бизнесом. Не важно каким, главное — найти что-нибудь, что можно продать.
Теперь, после рассказа Славы, становится понятно, что попытки вербовки Андрея Лугового не миф и что его случай — не единственная поставка клиентов МИ-6, которую осуществил Литвиненко. Вячеслава Литвиненко сначала свел с Мартином Флинтом — бизнесменом в сфере безопасности.

— Несколько месяцев Флинт ко мне присматривался, а потом пропал, — рассказывает Вячеслав. — Литвиненко, когда я об этом упомянул, засмеялся и сказал, что Флинт передал меня старшим товарищам.

Вскоре Литвиненко свел Жарко еще с двумя коммерсантами. Полом и Джоном.

— Все началось действительно как некий бизнес, — рассказывает Вячеслав. — Они заказали мне некую справку. Я порылся в интернете, собрал открытую информацию, слепил документ. И прошло, они его приняли и заплатили.

Сегодня российские контрразведчики уже установили, кто такой Джон. Это Джон Калаган, кадровый разведчик, который уже 15 лет работает под дипломатическим прикрытием. С 1998 по 2001 год он был первым секретарем посольства Великобритании в Москве.

Пол и Джон, конечно, осознавали, что приобретаемый документ пустышка. Но им было все равно. Главное — втянуть, сделать так, чтобы коготок увяз. И уже потом требовать по-настоящему ценных сведений.

Пол и Джон заявили, что интересуются телекоммуникационным бизнесом, системами сотовой связи. Но было ясно, что они ничего в этом не смыслят. На встречах, на которых, кстати, всегда присутствовал Литвиненко, они больше всего интересовались знакомыми и друзьями Жарко в правоохранительных органах. И Литвиненко постоянно подчеркивал, что такие друзья, и весьма влиятельные, есть. Даже в ФСБ.

— Через некоторое время Пол и Джон торжественно сообщили, что приняли решение работать со мной, — рассказывает Слава. — Моя зарплата как консультанта составляла две тысячи евро в месяц. Плюс мне компенсировали расходы на поездки и проживание. Я спросил, нельзя ли перечислять мне деньги на счет в каком-нибудь английском банке.

Оказалось, что нельзя — в целях моей же безопасности. Только наличные.

Позже Вячеславу вообще запретили приезжать в Лондон. Сказали, что это рискованно — можно попасть в поле зрения ФСБ.

И вскоре Славе отказали в визе. Жарко это расстроило, но Березовский сказал, что такой жертвы требуют "высшие интересы наших британских друзей". Встречаться предложил в Израиле. Литвиненко же по этому поводу сказал: "Не переживай, нас с тобой ждет большое будущее, британские друзья просто принимают меры против ФСБ".

Украинская оппозиция не вылезала из лондонского офиса Березовского

Встречи "консультанта с партнерами" проходили примерно раз в два месяца в Стамбуле или на Кипре. Они всегда обставлялись примерно одинаково: за неделю до назначенной даты Жарко звонил в Лондон, ему называли страну, город и отель, где на его имя бронировался номер. С англичанами всегда приезжал Литвиненко, и их номера всегда были смежными.

Разговоры редко касались телекоммуникационного бизнеса. Британских друзей волновали совсем другие вещи. К примеру, летом 2003 года Джона больше всего интересовала Украина.

— Мы занимались Украиной весь 2004 год, — говорит Слава Жарко. — Литвиненко рассказал мне, что лично знаком с представителями украинской оппозиции и что Юлия Тимошенко, Давид Жвания и Роман Безсмертный не вылезают из лондонского офиса Березовского. Англичане попросили меня заняться анализом политической ситуации, а также анализом эффективности действий оппозиции, на которую Березовский, как они говорили, потратил огромные деньги. Саша говорил, что Березовский делает все неправильно, что дает деньги кому попало. Но Березовский хотел перебраться в Киев, хотел там купить телеканал и вещать на Россию. Но его просто кинули.

Интерес к Украине не пропадал у британцев на протяжении всех последующих лет. При этом они предъявили Вячеславу претензии по поводу качества предоставляемой информации. Жарко пожимал плечами, но ничего поделать не мог: все справки он готовил по открытым источникам, а других у него не было. Тем не менее ему удавалось делать достаточно точные прогнозы. В январе 2005 года Жарко предсказал разрушение "оранжевой коалиции" и разочарование в ней простых жителей Украины. Литвиненко этот анализ довел чуть ли не до истерики.

— Он кричал, что я не понимаю демократических принципов, — вспоминает Вячеслав. — Что на Украине все только и ждали "оранжевую революцию", что рейтинг Ющенко будет высоким всегда. Я и раньше замечал, что Литвиненко стал каким-то нервным. В тот раз даже англичане извинились за него — сказали, что иногда с ним такое бывает, и посоветовали не обращать внимания.

Литвиненко собирался стать директором ФСБ

Литвиненко как воздух нужны были деньги — на семью, на учебу детей. Березовский, как известно, снял его с довольствия — по словам Вячеслава, Александр жаловался, что его годовая зарплата стала меньше стоимости двух проституток.

А хозяева из спецслужб, по всей видимости, перевели его на "сдельщину". Андрей Луговой в интервью "Известиям" рассказывал, что от продажи каждой справки англичанам (а поначалу, как мы знаем, это были действительно бизнес-справки) Литвиненко получал 20 процентов. По всей видимости, с зарплаты Славы Жарко бывшему чекисту тоже перепадал кусочек. По крайней мере до той поры, пока "британские друзья" не поняли, что на самом деле Литвиненко как информатор никакой ценности не представляет.

О том, что примерно за 7 месяцев до смерти Литвиненко перестал работать на Березовского и нашел какую-то другую работу, говорили многие. И Березовский, и Луговой, и члены семьи Литвиненко. Что это была за работа — точно никто не знает. Упоминалось лишь, что она как-то связана с разоблачением некой русской мафии, с поездками в Испанию, в Израиль, со встречами с Леонидом Невзлиным. Андрей Луговой предположил, что Литвиненко пытался продать Невзлину какой-то компромат. Еще кто-то считал, что именно по наводке Литвиненко в Испании задержали российского вора в законе Шакро-младшего.

Рассказ Вячеслава подтверждает: да, перед смертью Литвиненко действительно занялся чем-то очень опасным. Причем даже его кураторы в спецслужбах предпочли дистанцироваться от этой его деятельности. Или это только видимость дистанции?

А может, чекист-перебежчик просто перестал представлять для них интерес?

Странности в поведении Литвиненко появились в 2005 году. Встречи Вячеслава с кураторами стали проходить реже.

Участники встреч продолжали обсуждать вопросы, касающиеся Украины, но появились и новые — деятельность неправительственных организаций в России. У Вячеслава сменился куратор — место Джона занял некий Мартин, Жарко считает его гораздо более слабым в профессиональном плане. Присутствовал и Литвиненко, который становился все более и более "загадочным" (так его состояние описал Жарко).

Однажды Литвиненко на встречу не приехал. Это было в декабре 2005 года. На прямой вопрос Вячеслава, где он, Мартин ответил, что Литвиненко решил завести собственный бизнес, который, по мнению Мартина, слишком опасен. И настоятельно порекомендовал Вячеславу прекратить всякие отношения с бывшим чекистом "во избежание серьезных неприятностей в будущем".

Вячеслава все это очень насторожило. Он вспомнил случай, который незадолго до этого произошел в Турции и который показался тогда как минимум странным.

— Во время одной из поездок в Турцию, в августе 2005-го, Литвиненко настоятельно попросил у меня разрешения провести в моем номере какую-то встречу, — вспоминает Вячеслав Жарко. — Случайно я увидел, что он встречался с двумя бородатыми мужчинами, похожими на наших кавказцев. Видимо, в качестве дополнительной защиты от прослушки они заперлись в ванной комнате и открыли там кран. Из номера Литвиненко вышел с каким-то металлическим предметом, похожим на контейнер. Я не знаю, что это и о чем они говорили, но после этого случая Литвиненко стал еще более загадочным. Однажды он рассказал о том, что готовится серия терактов, один из которых "потрясет всю Россию, да и весь мир". При этом Литвиненко добавил: "Путину скоро конец".

Почему Литвиненко решил провести сомнительную встречу в чужом номере? Наверное, потому что знал, что этот номер по каким-то причинам не прослушивается. В отличие от его собственного. В любом случае, он не хотел, чтобы арабов увидели "британские друзья", живущие в соседнем с ним номере. Например, информация о подготовке теракта им бы точно не понравилась.

То, что Литвиненко имел отношение к прошлым терактам, у Вячеслава не вызывало никакого сомнения. Литвиненко не стеснялся демонстрировать, что испытывает патологическую ненависть к России. После Беслана он радовался, говорил, что все прошло прекрасно и что надо поскорее устроить что-то такое же. А что может "потрясти всю Россию и весь мир" после Беслана? Уж не убийство ли действующего президента готовил Литвиненко со товарищи? Тем более что Литвиненко постоянно твердил, что в ближайшее время власть в России удастся захватить, после чего он станет ни много ни мало директором ФСБ.

Загадочный металлический контейнер, полученный от бородачей, наводит на серьезные размышления. Может, это радиоактивные компоненты той самой "грязной бомбы"?

Нежелательный свидетель

Опасаться за свою жизнь у Вячеслава Жарко действительно были причины. По крайней мере поведение сотрудников английских спецслужб свидетельствовало: после пресс-конференции Андрея Лугового, на которой тот рассказал о попытках его вербовки, началась "зачистка" нежелательных свидетелей.

Декабрьская встреча 2005 года, на которую не пришел Литвиненко, стала последней встречей Вячеслава с его кураторами.

Мартин начал активно расспрашивать о связях Жарко в ФСБ, особенно в подразделениях контрразведки. Он заявил, что на Жарко потрачено немало денег, которые нужно отрабатывать. Вячеслав в ответ заявил, что информация о его связях в ФСБ является на самом деле выдумкой, и "партнеры" расстались весьма недовольные друг другом.

— Вернувшись в Россию, я прервал все контакты и с англичанами, и с Литвиненко, — говорит Жарко, — а когда я услышал о смерти Литвиненко, то все известное мне — особенно встреча с бородачами и в моем номере этот контейнер — предстало в ином свете.

Англичане, потеряв, видимо, интерес, не выходили на связь с Вячеславом полтора года. А Березовский явно уходил от контактов и демонстрировал нежелание общаться. Все изменилось после пресс-конференции Андрея Лугового. Англичане принялись звонить по нескольку раз в день и предлагать встретиться в какой-нибудь третьей стране. Он отказывался, но они настаивали — утверждая, что у них есть некие документы, с которыми Вячеславу необходимо ознакомиться. В довершение всего позвонил Борис Березовский и тоном давнего приятеля предложил встретиться в Израиле.

Нетрудно разгадать причину такого интереса. Пресс-конференция Лугового стала серьезным провалом английских спецслужб. Рассказ о том, что и Литвиненко, и Березовский оказались агентами и сами участвовали в вербовке агентов, подвергал опасности всех, кто вступал с ними в контакт за последние годы. Слова Лугового необходимо было представить как ложь, а для этого необходима гарантия, что никто эти слова не подтвердит. Так что Вячеслава Жарко, скорее всего, уже не было бы в живых. Если бы он всего этого не понял и не пришел в приемную ФСБ.

Кто такой Вячеслав Жарко

Владимир Перекрест

Об этом человеке известно крайне мало. Если набрать "Вячеслав Жарко" в поисковых системах интернета, то выяснится, что человек с таким именем уже упоминался в связи с громким коррупционным скандалом. Вот что рассказывал зампред комиссии Госдумы по борьбе с коррупцией в высших органах государственной власти Юрий Щекочихин в письме Владимиру Путину, размещенном на сайте "Яблоко.Ру" 25 марта 2002 г.

"Несколько лет назад молодой оперативный сотрудник налоговой полиции г. Санкт-Петербурга Вячеслав Жарко передал мне документы, которые свидетельствовали о том, что в бухтах ВМФ России Лебяжий и Ломоносово заходят корабли без пограничного и таможенного досмотра. На документах, разрешивших эту финансовую авантюру, было несколько подписей: от тогдашнего вице-премьера Сосковца до Вашей, Владимир Владимирович".

В 2001 г. Жарко, пишет Щекочихин, был задержан в аэропорту "Шереметьво-1" и арестован по сфальсифицированным, как утверждает Щекочихин, материалам — за использование подложного паспорта и незаконный переход границы. "Что особенно возмутило меня, что... сотрудники пытались получить от Жарко признание в том, что он и я были связаны Б. Березовским", — писал депутат.

Далее Юрий Щекочихин просит оградить его от клеветы и "разработок" спецслужб. Через год, 3 июля 2003-го, он умер по точно до сих пор не установленной причине.

Если допустить, что такое письмо действительно писал Щекочихин и что упоминаемый в нем Жарко — тот самый человек, о котором пишут "Известия", то напрашивается несколько версий. Первая: внедрение Жарко в окружение Березовского — давняя разработка спецслужб. Офицеров спецслужб и силовых ведомств, которые приносили в депутатскую комиссию по противодействию коррупции материалы на сильных мира сего, было немало. Например, как сообщал ранее "Известиям" коллега Щекочихина по работе в комиссии депутат Госдумы Борис Резник, именно благодаря таким людям был получен компромат на многих чиновников высокого уровня. Так, в частности, родилось и "дело Адамова".

Вторая версия. Жарко знаком с Березовским с 90-х годов. Не исключено, что контакт Жарко со Щекочихиным был осуществлен по заданию Березовского. Зачем олигарху депутат-расследователь, известный и принципиальный журналист, объяснять не надо. В его окружении никогда не было людей чести, а Щекочихин в представлении многих был именно таким человеком. Возможно, план Березовского состоял в том, чтобы депутату ничего не оставалось делать, как искать политубежища и примкнуть к лагерю "лондонского сидельца".
отсюда

Комментариев нет: